25-я стрелковая дивизия (1-го формирования)

Приказом войскам 4 армии Восточного фронта N 1 от 30 июля 1918 г. была сформирована дивизия Николаевских полков, созданных в апреле 1918 г. из партизанских отрядов Самарской и Саратовской губ:
— с 22 сентября 1918 г. она стала именоваться 1 Николаевской пд (приказ по дивизии N 44);
— приказом войскам 4 армии N 38 от 25 сентября 1918 г. была переименована в Самарскую;
— приказом войскам Восточного фронта N 104 от 19 ноября 1918 г. получила наименование 25 сд;
— приказом войскам Туркфронта N 150 от 4 октября 1919 г. дивизии было присвоено имя В. И. Чапаева;
— по приказу войскам КВО N 1111/267 от 12 мая 1921 г. 25-я и 58 сд были сведены в одну 25 сд;
— по приказу РВСР N 2710/450 от 30 ноября 1921 г. дивизия получила наименование 25 Полтавской сд;
— по приказу РВСР N 32/2 от 4 января 1922 г. — 25 Кременчугской сд;
— по приказу РВС СССР N 729 от 11 июля 1925 г. ей было присвоено наименование 25 Чапаевской Краснознаменной сд.

Награждена Почетным Революционным Красным знаменем (1928), орденом Ленина (1933).
Входила в состав армий Восточного фронта: 4-й (июль 1918 — янв. 1919, март — апр .1919, июль 1919 — май 1920), 1-й (янв. — март 1919), 5-й (апр. — май 1919) и Туркестанской (май — июнь 1919), в состав 12 армии (май — дек. 1920), КВО (с дек. 1920), УВО, КВО (с 1922), ОдВО (с мая 1940), 9 армии ОдВО (с июня 1940).
Дивизия участвовала в боях против чехословацкого корпуса и белогвардейцев в Заволжье (июль — авг. 1918), в августовском наступлении Восточного фронта (3 — 25 авг.) (бои в районе Николаевска, овладение городом), в Сызрань-Самарской операции (14 сент. -8 окт. 1918) (наступление на Липовку, выход на ж.д. Сызрань-Самара, прорыв к ст. Иващенково, Сызрани, наступление на ст. Кряж, освобождение г. Самары), в освобождении г. Уральска (янв. 1919), Лбищенска (март 1919); в операциях Восточного фронта 1919 г. против войск Колчака: Бугурусланской (28 апр. -13 мая) (наступление в обход Бугуруслана с юга, овладение ст. Заглядино, продолжение наступления на Белебей, выход к р. Ик), Белебейской (15 — 19 мая 1919) (обходный маневр с севера с целью разгрома корпуса противника в районе Белебея, встречные бои на р. Ик, наступление на Белебей), Уфимской (25 мая -19 июня) (наступление севернее Уфы, форсирование р. Белой, захват плацдарма северо-западнее Уфы, прорыв обороны противника, вступление в Уфу), участие в снятии блокады с Уральска (июль), в Уральско-Гурьевской операции (2 нояб. 1919 -10 янв. 1920) (наступление на Лбищенск и освобождение города, преследование отступавшего противника, выход на рубеж Новая Казанка — Калмыков, овладение сел. Горская, г. Гурьев); участвовала в операциях Юго-Западного фронта в период советско-польской войны 1920 г.: Киевской (26 мая- 17 июня) (форсирование р. Днепр в районе устья р. Тетерев, перехват ж.д.линии Киев-Коростень на участке Бородянка — Ирша), в освобождении г. Ковеля (авг.), боях на р. Западный Буг; в ликвидации формирований Булак-Балаховича, бандитизма на Украине (окт. 1920 -дек. 1922). Участвовала в походе в Бессарабию (июнь — июль 1940).

История 25-й стрелковой дивизии
В.И. Чапаев образовал 22.03.1918 в г. Николаевске партизанский отряд. В апреле 1918 отряды Чапаева, Баугина, Бубенца, Плясункова объединяются в Николаевские полки. В мае 18-го Николаевские полки и партизанские отряды, не вошедшие в состав полков, организуются в дивизию 2-х бригадного состава. 1-й бригадой (1,2 полки и Домашкинский отряд) командует Чапаев, 2-й бригадой (3,4 полки) — Гаврилов, затем С. В. Сокол, а в 1920 — Иван Михайлович Плясунков.
С 30.07.1918 соединение называлось «дивизией Николаевских полков». В августе Николаевск был с боями взят у белогвардейцев, и по инициативе Василия Ивановича переименован в г. Пугачев.
8.09.1918 бригады дивизии получили новую нумерацию: 73 (1-я), 74 (2-я). Соединение с 21.09.1918 стало называться «1-й Николаевской советской пехотной дивизией», но уже 25.09.1918 она получила новое наименование – «1-я Самарская пехотная дивизия». Название было утверждено на общем собрании делегатов частей, состоявшемся 28.09.1918 в присутствии представителя РВС республики.

Стрелковые бригады:

— 73-я (1-я, ею командовал с октября 18-го И.С. Кутяков) с этого момента имела в своем составе 217-й Пугачевский полк, 218-й Степана Разина полк, Домашкинский отряд, который стал 219-м полком и 1-й легкий артдивизион (ЛАД, с четырьмя 76,2- мм орудиями);
— 74-я (2-я) состояла из: 220-го — Иваново-Вознесенского, 221-го — Сызранского, 222-го Самарского Интернационального полков и 2-го ЛАД;
— 75-я (3-я, комбриг — Федор Потапов, в 1919 — 1920 — Ефрем Ильич Аксенов) — была сформирована в составе: 223-го имени Винермана, 224-го Краснокутского и 225-го — Балаковского полков с 3-м ЛАД. Полками командовали: 217-м — Алексей Карпович Рязанцев в 1919, 218-м — Данил Павлович Грибаков в 1920, 219-м — Сергей Васильевич Сокол в 1919, 220-м — Семен Афанасьевич Жиляков в 1920, 221-м — Андрей Мошков в 1920, 223-м Анатолий Филимонович Петровский в 1920, а в 225-м помощником КП в 1923 был Федор Иванович Цибизов.
Некоторое время в 25-й значились Балашовский и Саратовский пехотные полки. Кроме того, в состав дивизии в разное время входили: 1-й и 3-й Доно-Кубанские кавдивизионы, 25-й кавдивизион, 1-й и 2-й кавалерийские полки, входившие в состав кавалерийской бригады (комбриг в 1922 — Иван Константинович Бубенец), 17-й автобронетанковый отряд, 25-й тяжелый артиллерийский дивизион, школа красных инструкторов и отдельная конная батарея — 6-ть орудий. Всего в дивизии было 54 пушки, в основном 76,2-мм, и около 25 тысяч бойцов.
С 19.11.1918 соединение вновь сменило наименование на «25-ю стрелковую дивизию», а с 4.10.1919 по приказу РВС Туркестанского фронта — на «25-ю стрелковую им. В.И.Чапаева дивизию».
После гибели В.И. Чапаева с 6.09.1919 до октября 1920 комдивом был Иван Семенович Кутяков. В январе 1920 дивизия вошла в состав 2-й трудовой армии и строила дорогу — Александров-Гай — Эмба.
В мае 1920, после начала войны с Польшей она была переброшена на Юго-Западный фронт, участвовала в Киевской операции. В августе 20-го освободила Ковель, затем вела бои на реке Западный Буг. В сентябре 1920 73-я СБр передается до октября 7-й СД, вся остальная 25-я в этот период дислоцируется в Гостомля. В ноябре 1920 дивизия размещается в г. Бердичеве и переходит на охрану заводов и ж/д линий.
По окончании Гражданской войны 25-я Чапаевская дивизия была сведена в бригаду с месторасположением штаба в городе Белая Церковь. С этого момента (Приказы КВО №1009/243 и №111/267 от 23.04.1921) “старая” 25-я дивизия стала именоваться 73-й Чапаевской стрелковой бригадой (Приказ РВСР ?2141/369 от 28.04.1921) в составе: 217-го (бывшая 73-я СБр), 218-го (74-я), 219-го (75-я) стрелковых полков. Но вскоре 73-я СБр была включена в штат 58-й СД, а 58-ю переименовали в 25-ю “Чапаевскую”, в ее состав вошли также сокращенные накануне 52-я и 1-я Латышская СД.
С 30.11.1921дивизия стала именоваться «25-й Полтавской», а с 4.01.1922, после новой передислокации — «Кременчугской». С октября по апрель 1921 под командованием В.И. Павловского находилась в КВО, в районе Казатина, Бердичева и Житомира, ведя бои местного значения с бандитами и партизанами (А.Дерябин, ‘Красная армия’ М., АСТ, 1998). В 1921-1922 годах, еще до сведения в бригаду 25-я стрелковая вместе с 44-ой, 45-ой, 58-ой и 60-ой дивизиями моталась по всей центральной Украине — охотились за повстанческими отрядами, и продолжала “…вести борьбу с бандитизмом”. В августе 1921 — июле 1922 — на территории Киевской, а с июля 1922 года — в Кременчугской губернии.
В 1922 году соединение было переброшено для борьбы с бандитизмом в “ударный” уезд — Каневский, находящийся в 100 км к юго-востоку от Киева. Частями дивизии там была ликвидирована крупная банда Ярого и несколько мелких.
В том же году соединение было расквартировано: штаб — в г. Кременчуге, части находились в Кременчуге, Александрии, Елисаветграде. Черкассах, Смела (Приказ УВО ?463/106 от 12.04.1923). В 1922 им командовал Гаспар Карапетович Восканов.
В последующем 25-я подчинялась 6-му стрелковому корпусу (Приказ КВО № 9888). В апреле 23-го соединение было переведено на милиционную систему, им командовал комдив Жан Францевич Зонберг, затем комбриг Виктор Адольфович Карлсон. В марте 1924 дивизия переведена на штаты территориальной дивизии (приказ 25-й СД №135/26 от 15-20.03.1924). В марте-июле 1924 дивизия по директиве НКО была передислоцирована в город Полтаву с прикреплением для комплектования с территории Полтавского, Прилуцкого и Кременчугского округов. (Приказ 25-й СД от 10.07.1924).
С 11.07.1925 (приказ РВС СССР №729) она вновь стала называться «25-й Чапаевской стрелковой дивизией».
В октябре 1925 из состава дивизии выделены кадры для формирования 75-й СД (приказ №256/64 от 1.10.1925).
Дивизия в конце 20-х — середине 30-х годов состояла: из 73-го, 74-го, 75-го стрелковых, 25-го артиллерийского полков и отдельных частей — также 25-х: конного эскадрона, роты связи и саперной роты, стоявших в городах Полтава и Кременчуг.
В 1935 “командиром-комиссаром” дивизии был назначен Зюк Михаил Осипович, исполнявший свои обязанности до своего ареста в Полтаве 15.08.1936, 73-м СП в то же время командовал полковник Матюхин Николай Максимович (1895 — 5.10.1937).
25-я стрелковая имела награды — Почетное революционное Красное Знамя ВЦИК (1928), орден Ленина (1933).
Вместе с 30-й и 80-й стрелковыми дивизиями соединение входило в 1930 году в состав 7-го СК Украинского Военного округа. Штаб корпуса находился в г. Днепропетровске.
В 1935 году имела территориальный “А” принцип комплектования и при развертывании являлась дивизией “1-й очереди”.
До войны дислоцировалась в Харьковском ВО, в составе 6-го СК, в августе-сентябре 1939 на ее базе в Прилуках была создана 135-я СД (1ф). Также кадры 25-й СД были направлены на формирование 116, 135 и 147-й СД.
В 1939 году 25-я принимала участие в освобождении Западной Украины в составе 27-го стрелкового корпуса Украинского фронта. Перед этим она “поменялась” полковыми номерами с 62-й СД — бывшей 2-й “Туркестанской” — тогда, например, “Разинскому” полку вместо 104-го дали 54-й номер.
В мае — июне 1940 соединение было передислоцировано в Запорожье, где входило в состав 9-й армии Одесского военного округа.
На 27.10.1940 в ее составе находилось: начсостава — 1103, мл. начсостава — 1089, рядовых — 9582, всего — 11774 человек, винтовок — 8301, револьверов — 2428, пулеметов — 677, орудий — 140, минометов — 114, лошадей — 2813, танкеток Т-38 — 16, бронеавтомобилей — 13, автомобилей — 284, тракторов — 62, мотоциклов — 34, радиостанций 5-АК — 20 , 6-АК — 75.
Но уже к началу войны 25-я имела усиленный состав — 15 тысяч человек.
К 1 мая 41-го соединение было переброшено в г. Болград, где заняло 70-ти километровый участок обороны по рекам Прут, Дунай, и размещалась в населенных пунктах: Кагул, Волканешты, Молдавской ССР, Табаки, Болград, Рени, Курчи, Куза-Воды, Измаильской области.
В войну 25-я вступила в составе:
— 54-го полка — ВРИО КП капитан Сысоев А.Н.;
— 31-го ‘Пугачевского’ им. Фурманова;
— 263-го ‘Домашкинского’ им. Фрунзе стрелковых полков,
— 69-го АП,
— 99-го ГАП (до 10.05.1942)
— 756-й МинДн,
— 52-го ОБС,
— 105-го СапБ,
— 80-го ОРБ (до 05.03.1942),
— 80-й ОМСРР (с 05.03.1942),
— 164-го ОПТД,
— 193-й ЗенБатр
— 323-го ОЗенАДн,
— 47-го ОМСБ,
— танкового батальона на Т-26,
— 46-й ОРХЗ,
других частей и подразделений (9-й двл, 89-й атб, 89-я пхп, 80-я ппс, 351-я пкг).
Дивизия вначале была подчинена 14-му стрелковому корпусу (комкор генерал Д.Г. Егоров) 9-й отдельной армии.
Дивизией с 14.03.1941 по 01.09.1941, командовал полковник, затем генерал-майор Афанасий Степанович Захарченко.
По прибытию в Болград 25-я вместе с 51-й СД, занимавшей рубеж на левом фланге 25-й, вдоль Килийского гирла от Измаила до Черного моря, начали проводить занятия с личным составом по посадке — высадке и десантированию с судов Дунайской военно-морской флотилии. В субботу 21-го июня комдив вывел из казарм в г. Рени 31-й Пугачевский полк на батальонные учения по направлению к границе.
22 июня на рассвете казармы в Рени были разрушены огневым налетом дальнобойных батарей противника из-за реки. Перед румынскими и немецкими частями ставилась задача: форсировать Прут и Дунай с задачей — оттеснить советские войска из треугольника Болград-Рени-Измаил, а при возможности отсечь их выходом на Татарбурнары и взять в окружение.
Противостояла 14-му СК все эти месяцы 4-я румынская армия в составе девяти дивизий, пограничные части и румынские ВМС, но их попытки переправиться через Прут и Дунай корпусом были сорваны. В расположении Дунайского УРа вражеским войскам также был нанесен серьезный урон. На рассвете 22-го лишь отдельным румынским частям удалось переправиться через Дунай. Но они сразу попали под прицельный артиллерийский огонь, а к концу дня подошедшими частями 25-й стрелковой дивизии румынские подразделения были разгромлены, при этом сдалось в плен до пятисот вражеских солдат и офицеров.
Уже с 23-го июня обе дивизии вместе с пограничными подразделениями начали проводить десантные операции, а 26-го июня 23-й СП 51-й СД на четырех бронекатерах и десяти пограничных катерах переправился через Килийское Гирло и занял Килию-Веке (Старая Килия), уничтожив до 200 солдат противника, захватив при этом 8 орудий, 30 пулеметов, до 1000 винтовок и 720 пленных. Подразделениями 287-го СП была взята Пардина. Кроме того, своими действиями десант сорвал артиллерийский обстрел Измаила с румынской стороны. Артиллерия 99-го ГАП “Чапаевской” дивизии поддерживала высадку десантов, и в руках советских войск тогда оказался плацдарм протяженностью свыше 70 км от г. Рени до Черного моря. Во время его захвата некоторые части противника добровольно сдавались в плен. (Пограничные войска СССР в годы Второй мировой войны 1939-1945. М., Граница и др.)
До 18 июля 1941, когда был получен приказ на отход, 25-я обороняла 120-км участок границы от Измаила до черноморского побережья, прикрывая отступление корпуса. Ведь 51-я еще раньше получила приказ об отходе.
После занятия нового фронта обороны — по реке Днестр в состав дивизии вместо 263-го был включен 287-й стрелковый полк (из 51-й “Перекопской” СД).
Командир 287-го полка 25-й Чапаевской стрелковой дивизии капитан Ковтун А., начальник связи ст.лейтенант Шевелев А., комиссар полка старший политрук Балашов Н.А., послуживший прототипом комиссара в трилогии К.Симонова «Живые и мертвые», на командном пункте в дни обороны Одессы (Август 1941 г.)
4-го августа у соединений Приморской армии прервалась проводная связь со штабом Южного фронта. 5-го августа Директивой Ставки Верховного Главнокомандования Южному фронту было приказано Одессу не сдавать и оборонять до последней возможности, привлекая к делу Черноморский флот.
Приморская армия получила приказ отходить на первый рубеж обороны Одессы, к станциям: Кучурган, Раздельная, Катаржино, Березовка. Правый фланг армии развертывался фронтом на север, левый оставался у Днестровского лимана. Бои в это время шли под Беляевкой, по обе стороны железной дороги на Тирасполь и у Аджалыкского лимана.
На город наступала сначала лишь 4-я румынская армия, но уже через несколько дней Приморскую армию непрерывно атаковали двенадцать румынских дивизий и еще семь бригад, а также части 72-й немецкой пехотной дивизии. Трехсоттысячная группировка врага, при поддержке танков и более ста самолетов, рвалась к Одессе.
Город защищали лишь потрепанные беспрерывными шестидесятидневными боями 25-я (у деревни Дальник) и 95-я стрелковые дивизии, правый фланг которой упирался в Хаджибейский лиман. А еще только что сформированный полк морской пехоты, полк НКВД и несколько наспех созданных небольших отдельных частей, в том числе “так называемая” 1-я КД, части 40-й КД (в составе 154-го и 149-го полков?).
“Так называемая 1-я КД” состояла из бывших ветеранов — котовцев и буденовцев, и была лишь недавно сформирована генерал-майором Петровым И.Е., и им же возглавлена, ее комплектование так и не было завершено.
31 июля в Одессу прибыл новый командующий Приморской армией — генерал Георгий Павлович Софронов. Ликвидация Дубоссарской группировки в тот момент приобрела исключительно важное значение. Так как противник занял Первомайск, а воссоединение Первомайской и Дубоссарской группировок могло создать тяжелое положение для 9-й и Приморской армий.
Взвесив все возможности, новый командарм приказал выдвинуть на правый фланг 1-ю КД — единственный имевшийся у него резерв. Для ее усиления необходимо было перебросить туда же один полк 25-й СД и начать выдвижение пограничников, одесских истребительных батальонов и всего того, чем могла помочь Одесская Военно-Морская База.
19-го августа Ставка Верховного Главнокомандования создала Одесский оборонительный район (OOP), подчинённый военному совету Черноморского флота. Командующим ООР был назначен контр-адмирал Г. В. Жуков, его заместитель по сухопутной обороне — генерал-лейтенант Г. П. Сафронов.
20.08.1941 в командование соединением вступил генерал-майор Иван Ефимович Петров. И 25-я после этого участвовала в обороне Одессы.
Одновременно он был назначен начальником Южного сектора обороны города. 31-м полком дивизии в те дни командовал подполковник Мухамедьяров, а 287-м, дравшимся у хуторов Вакаржаны и Красный Переселенец — майор, затем подполковник Султан-Галиев, после его ранения на северной окраине Петерстали — капитан Андрей Игнатьевич Ковтун-Станкевич. Оба полка успешно отбивали в августе-сентябре многочисленные, в том числе “психические” атаки румын, вклинившихся между этих частей, и наступающих из района н.п. Ленинталь.
“Разинский” полк с сентября по октябрь временно находился в составе (сформированной в Одессе) 421-й СД.
Поддерживал войска Приморской армии 265-й КАП, который называли “Богдановским” по имени командира — майора Николая Васильевича Богданова. Он по-дивизионно передавался сражающимся стрелковым полкам дивизии, так же, как несколько подвижных и три стационарные батареи береговой обороны, а также бронепоезд, выпущенный заводом “имени Январского восстания”.
Наконец, в ночь на 22 сентября в восточном секторе советскими войсками был нанесён комбинированный удар: морской десант в Григорьевке в составе 3-го полка морской пехоты, доставленный на боевых кораблях из Севастополя, а за 30 минут до него был выброшен воздушный десант — взвод диверсантов (23 чел) в районе деревни Щицли. Парашютисты уничтожили коммуникации и провели диверсии, уничтожив один командный пункт, наведя при этом среди противника панику и дезорганизовав его действия. Одновременно было начато наступление с фронта двух дивизий на участке Фонтанка — Гильдендорф. В результате 13-я и 15-я румынские пехотные дивизии были разгромлены и противник отброшен к северо-востоку на 5-8 км. При этом он потерял дальнобойную артиллерию и возможность вести обстрел города и порта.
5 октября, после эвакуации из города больного генерала Софронова, командир 25-й стрелковой дивизии был назначен на должность командующего Приморской армией. В то время 95-я Молдавская дивизия удерживала 25-километровую полосу обороны в районе станции Выгода. В районе Беляевки, откуда Одесса снабжалась водой, сражалась 25-я дивизия. В районе Свердлово держала оборону 40-я кавалерийская дивизия.
До 16 октября 1941 войска Приморской армии обороняли Одессу, а после четко организованной эвакуации ее соединений в Севастополь и Евпаторию армия не успела выдвинуться и поддержать у Перекопа обороняющиеся части 51-й армии, имевших задачу: не допустить немцев на полуостров и, преследуемая противником, с боями вновь отошла на юго-запад Крымского полуострова. Перед началом отступления, 23 октября 25-я и 95-я стрелковые дивизии контратаковали противника в лоб у Ишуньских позиций, но по приказу командующего войсками Крыма вынуждены были снова отступить. К Севастополю.
Севастопольский гарнизон до прибытия Приморской армии состоял из двух бригад (7-ой полковника Е.И. Жидилова и 8-ой полковника В.Л. Вильшанского), двух полков морской пехоты (2-го Перекопского и 3-го), Местного стрелкового полка, отдельных батальонов морской пехоты (16-го, 17-го, 18-го, 19-го), батальонов: ВВС, курсантского СУБО, Школы резерва БО, Школы запаса БО, Дунайской флотилии, Запасного артполка БО, нескольких батальонов Электромеханической школы Учебного отряда ЧФ. Также в его состав входил 80-й ОРБ 25-й СД (450 человек с несколькими БА-64, БА-10 и Т-37), запасной артиллерийский полк БО, одиннадцать стационарных и две подвижных батареи — 724-я и 725-я из состава Дунайской флотилии, другие отдельные батареи и части ПВО.
Общая численность гарнизона составляла 20 660 человек. На его вооружении, кроме винтовок и пулеметов, было 72 миномета различных калибров, а в береговых батареях СОР было восемь орудий калибра 305-мм, четыре 203-мм орудия, двадцать 152-мм орудий, четыре 100-мм орудия калибра и четыре 45-мм пушки. Гарнизоны ДОТов и ДЗОТов, кроме того, имели на вооружении восемь 100-мм, четырнадцать 76-мм, пятнадцать 75-мм орудий, двадцать пять 45-мм ПТП. 9-го ноября в Балаклаве был сформирован Сводный полк морской пехоты (СПМП) общей численностью около 2000 человек. Он состоял из батальонов 1-й морской пограничной школы младшего начсостава НКВД СССР и водолазного техникума.
В оперативной сводке за 6-е ноября сообщалось, что ‘…25-я, 95-я и 172-я стрелковые дивизии ведут бои на подступах к Севастополю…’, в районе нынешнего села Соколиное Бахчисарайского района. ‘…Связь с 25-ой и 95-ой по радио, со 172-ой — отсутствует».
К ночи того же дня 172-я, сражавшаяся на Перекопе в составе 51-й армии, первой прорвалась в город в количестве 940 человек. А 9 ноября завершился прорыв главных сил Приморской армии в составе: 25-й, 95-й, 421-й СД, 1-й, 40-й, 42-й КД, отдельного СапБ армии, 265-го КАП — ее численность составляла со 172-й СД около 8 тысяч человек с 10-ю единицами бронетехники и большим количеством орудий и минометов.
Как пишет Большая Советская энциклопедия, в составе Приморской армии было “…пехоты 4-5 тысяч человек, 107 орудий…, но [армия] имела опытный командный состав” (БСЭ т. 23 стр. 107). Хотя многие из ее артиллерийских частей из-за отсутствия тяги с момента эвакуации из Одессы оставались в Севастополе, в частности: 57-й АП, АД-ны 161-го и 241-го СП 95-й СД, 164-й ОПТД, 333-й ЗенАДн, 99-й ГАП 25-й СД. Уже 10 ноября армия с частями обеспечения и тыла насчитывала 31 500 человек со 107-ю орудиями полевой артиллерии калибра 155, 152, 122, 107, 76 -мм и сотней 45-мм ПТП,
восемью 37-мм зенитными орудиями, 114-ю минометами 120 и 82-мм, 118-ю 50-мм минометами и десятью единицами бронетехники. Все имевшиеся в армии танки были “Чапаевскими” Т-26.
Вскоре соединения были доукомплектованы моряками и добровольцами из числа местных жителей. Пополненные части и подразделения заняли назначенные им позиции в четырех секторах СОР. При этом 421-я СД, 1-я , 42-я КД 13-го ноября были расформированы. Кавалеристы, которые со времени обороны Одессы уже практически не имели конского состава, и действовали в пешем порядке, сняв пулеметы с тачанок, пошли на пополнение 40-й КД и 2-й (109-й) СД генерал-майора П.Г. Новикова, численность первой 18-го ноября составляла 1473 человека. Личный состав 421-й СД, в количестве до 1200 человек, пополненный моряками, был сведен в 1330-й СП.
В ноябре-декабре 25-я сражалась во II и III секторах СОР — возле ж/д станций “горы Мекензи” и “Инкерман”, в районе кордона Мекензевых гор, а также Братского кладбища, села Андреевка и “северо-западных скатов высоты 119,9”.
Штаб III сектора находился в Инкермане. Там же, в штольнях Чертовой балки, располагался 47-й медсанбат.
Рубежом обороны дивизии был: “…хутор Мекензия — 200 м юго-западнее и северо-западнее высоты 192,0”. В составе дивизии воевал сражавшийся вместе с нею еще в Одессе 3-й морской полк, о чем свидетельствует донесение 25-й о безвозвратных потерях №4/028 от 31.12.1941, в которое включены потери этой части морской пехоты (ЦАМО, Ф. 58 оп. 818883 д. 166). В ноябре в состав соединения влились остатки сводного курсантского батальона Севастопольского военно-морского училища береговой обороны имени ЛКСМ (У) (СУБО).
Напротив сектора, который обороняла дивизия, в Черкез-Кермене располагался штаб немецкой 11-й армии во главе с генералом Маштейном. Двенадцатикилометровую полосу III сектора по донесению начальника штаба дивизии подполковника П. Г. Неустроева защищали полки дивизии: 54-й ‘Разинский’ майора Н. М. Матусевича, 287-й подполковника Н. В. Захарова, 3-й полк морской пехоты подполковника С. Р. Гусарова а также 2-й Перекопский полк (согласно Донесения 25-й ? 042 от 10.01.1942 — Ф. 58 оп. 818883 д. 166). Рядом с ‘чапаевцами’ сражалась 7-я отдельная бригада морской пехоты (два батальона), командовал ею полковник Евгений Иванович Жидилов, которого на этом посту после тяжелого ранения заменил комиссар бригады Николай Евдокимович Ехлаков.
Комендантом третьего сектора стал генерал-майор Т. К. Коломиец, 13.11.1941 вступивший в командование 25-й СД.
С 17-го ноября до конца декабря дивизия почти непрерывно сражалась в Мекензевых горах, но уже 18.11 неудачная контратака, проведенная командиром 25-й в III секторе, стоила жизни 1583-м бойцам 287-го, 2-го Перекопского полков и 3-го батальона 7-й бригады морской пехоты. 19-го декабря части сектора занимали рубеж: высота 256,2 (г. Четаритир) — 1 км западнее хутора Мекензия — юго-восточный отрог Камышловского оврага. Одновременно дивизия атаковала врага правее — в Инкермане, где в районе ‘…высоты у Итальянского кладбища и селения Верхний Чоргунь’ бился с врагом 31-й ‘Пугачевский’ полк полковника Мухамедьярова, переданный командованию II-го сектора. Рядом с ним сражался 2-й полк морской пехоты майора Н.Н. Тарана, 1-й Севастопольский полк полковника П. Ф. Горпищенко и немногочисленный, но стойкий 383-й стрелковый полк подполковника В.В. Шашло из 172-й СД, переброшенный накануне из II сектора. В боевом донесении, подготовленном штабом Приморской армии утром 21-го декабря, сообщалось следующее: ‘За четверо суток армия потеряла убитыми и ранеными свыше 5 тысяч человек. В стрелковых батальонах в среднем осталось по 200-300 бойцов… Резервов нет, все введены в бой’. Непрерывные бои продолжались до нового, 1942 года, 31-й полк в последних числах декабря был переброшен на северный участок, в III сектор, чтобы вместе со 172-й СД 5-го января начать наступление в направлении: Мекензиевы Горы — Бельбек.
К 17-му ноября в состав СОР прибыли части 388-й СД, с 23 ноября по 16 декабря было туда же направлено три батальона из состава 9-й бригады морской пехоты, 21 стрелковая рота маршевого пополнения и около 7 специальных рот (пулеметных, минометных и др.). А 22 декабря на боевых и транспортных кораблях в Севастополь из Новороссийска прибыла 79-я морская стрелковая бригада полковника А. С. Потапова (около 4000 человек) и немедленно вступила в бой. Чуть позже, 23-24 декабря из Туапсе прибыла 345-я стрелковая дивизия подполковника Н. О. Гузя, в количестве 9955 человек с 81-м ТБ, имевшем в своем составе два десятка легких танков Т-26. С нею из Поти прибыли еще десять маршевых рот, а 28 декабря прибыли два батальона 709-го стрелкового полка и разведрота 386-й стрелковой дивизии. Последняя накануне формировалась в Тбилиси, и для ее подготовки не хватило времени (Неменко А.В. ‘О тех, кто не дрогнул). Севастополь продолжал сражаться. В декабре в воинские части были переданы последние людские резервы города — 1500 человек.
Численность 25-й стрелковой дивизии на 25.12.1941 составляла: 7117 человек, 145 пулеметов, 90 минометов, десять 152-мм орудий, одиннадцать 122-мм орудий, восемнадцать 76-мм орудий, четырнадцать 45-мм орудий. Кроме того, в ДОТах находились два 130-мм орудия, снятых в ноябре с боевых кораблей, их прислуга была также укомплектована моряками Черноморского флота. В донесениях 25-й СД ?4/028 от 31.12.1941 и ?042 от 10.01.1942 сообщается, что декабре дивизия сражалась у ж/д станций: ‘горы Мекензи’, ‘Инкерман’, а также в районе ‘Мекензевых гор, кордона ?1′ и Братского кладбища, в ее составе воевал с врагом 3-й морской полк. Убитых в боях и умерших в 47-м ОМСБ дивизии командиров, красноармейцев и краснофлотцев хоронили на Братском и других кладбищах г. Севастополя, а также в Мекензевых горах. (ЦАМО Ф. 51 оп. 818883 д. 166 и Ф. 58 оп. А-0071693 д. 190). К 1 июля соединение фактически уже не существовало. Интересно, что ни одно из знамен дивизии и полков, входивших в ее состав, а также исторический формуляр, печать и прочие штабные документы к немцам в руки не попали. Есть сведения, что знамёна воинских частей, обороняющих Севастополь, были уничтожены в конце июня 1942 года в районе 35-й морской береговой батареи по приказу бывшего комдива, а в то время Командующего Приморской армии (с октября 1941) генерала Петрова. (Е.О.Белянкин, «Оборона Севастополя», 2004; Рыбин В.А. «Непобежденные «, 2005) По другим данным ’24 июня … знамена [25-й] дивизии… были затоплены у Камышовой бухты’ (Т. К. Коломиец (комдив 25-й), ‘На бастионах Чапаевцы’. По архивными же сведениями знамена дивизии были сожжены в землянке у Камышовой бухты. (Маношин, ‘Героическая трагедия’)
Последнее Донесение о б/п 25-й ‘Чапаевской’ СД ?0596 от 1.06.1942- ‘…по не представленным ранее безвозвратным потерям с начала войны до 20.05. 1942’ на 40 листах, но состоящего только из потерь 54-го СП с 12.11.1941 по 20.05.1942 — три списка, на 75 чел , 238 чел и 253 чел. В частности, красноармеец Таран Григорий Петрович, 1922 г/р., пропавший без вести 1.03.1942. Все донесения подписали: КП подполковник Матусевич и НШ полка майор Шейкин.
18.07.1942 соединение было расформировано из-за огромных потерь и в ‘…связи с утратой боевых знамен’.
04.1943 вновь сформирована
03.04.1943 — 07.01.1944 полк. Потапов Митрофан Иванович
08.01.1944 — 11.05.1945 полк. Литвинов Федор Иванович

Герои дивизии
Павличенко Людмила Михайловна
(12 июля 1916, Белая Церковь, Украина — 27 октября 1974, Москва) — снайпер 25-й
Чапаевской стрелковой дивизии, Герой Советского Союза.
Людмила Михайловна Павличенко родилась 12 июля 1916 года в поселке (ныне город) Белая Церковь. До 14 лет училась в школе номер 3, затем семья переехала в Киев. После окончания девятого класса Людмила работала шлифовальщицей на заводе «Арсенал» и одновременно училась в десятом классе, завершая среднее образование.
В 1937 году поступила на исторический факультет Киевского государственного университета имени Т. Г. Шевченко. Студенткой занималась планерным и стрелковым видами спорта. Великая Отечественная война застала Людмилу в Одессе на дипломной практике. С первых же дней войны Людмила Павличенко добровольцем уходит на фронт.
Лейтенант Павличенко сражалась в стрелковой Чапаевской дивизии.
Участвовала в боях в Молдавии, в обороне Одессы и Севастополя. К июлю 1942 года на счету Л. М. Павличенко было уже 309 уничтоженных германских солдат и офицеров (в том числе 36 снайперов противника). Кроме того за период оборонительных боев Л. М. смогла обучить множество снайперов. В июне 1942 года Людмила была ранена.
Вскоре её отозвали с передовой и направили с делегацией в Канаду и Соединенные Штаты. В ходе поездки она была на приеме у Президента Соединенных Штатов Франклина Рузвельта. Позже Элеонора Рузвельт пригласила Людмилу Павличенко в поездку по стране. Людмила выступала перед Международной Студенческой Ассамблей в Вашингтоне, перед Конгрессом Промышленных Организаций (CIO) а также в Нью Йорке.
В Америке ей подарили Кольт, а в Канаде — винчестер. (Последний выставлен в Центральном музее Вооружённых Сил.
В Канаде делегацию советских военных приветствовали несколько тысяч канадцев, собравшихся на Объединенном вокзале Торонто. После возвращения майор Павличенко служила инструктором в снайперской школе «Выстрел». 25 октября 1943 года Людмиле Павличенко было присвоено звание Героя Советского Союза.
В СССР вышла почтовая марка с её изображением. После войны в 1945 году Л. М. окончила Киевский университет. С 1945 по 1953 год была научным сотрудником Главного штаба Военно-Морского флота. Позже вела работу в Советском комитете ветеранов войны.

Сводки
№ 14943 от 9 октября 1941 г.
[…] Войска Южного фронта в ночь на 8 октября производили перегруппировку на покровском направлении и продолжали выход из полуокружения на левом крыле фронта. Противник продолжал выдвижение в направлении Осипенко (Бердянск).
1 дивизион 40 ап был внезапно обойден прорвавшимся с фланга противником и попал под сильный ружейно-пулеметный и минометный огонь. Связь с командиром дивизиона была прервана. Командование взял на себя комиссар дивизиона политрук тов. Пилипенко. Он вместе с военкомом 3 батареи политруком тов. Гудиным и инструктором пропаганды политруком т. Проскура мобилизовал личный состав дивизиона на то, чтобы дать врагу решительный отпор. Расстреливая врага прямой наводкой в упор, бесстрашные бойцы, командиры и политработники отразили натиск фашистов и вывели из-под обстрела всю материальную часть дивизии. Все эти факты говорят о крепком политико-моральном состоянии личного состава и его готовности беспощадно громить оголтелые фашистские банды.

Поиск по сайту